ЧТО ЧИТАТЬ В ПЕЧАТНЫХ СМИ

Выживших в авиакатастрофе на Черной горе может ожидать судебный иск за браконьерство. Возле разбившегося вертолета обнаружена туша занесенного в Красную книгу алтайского горного барана архара. Тем временем, наиболее вероятной причиной ЧП могут быть ошибочные действия пилота, снизившегося по требованию находившихся на борту чиновников на недопустимо малую высоту.

«Новые известия» пишут, что первоначально сообщалось, что объектом охоты для VIP-ов был сибирский козерог. Они имели все необходимые документы на отстрел этих животных. Однако на полученных с места аварии фотоснимках видно, что охота шла на архаров. Всемирный фонд дикой природы призывает Генпрокуратуру РФ возбудить уголовное дело по факту браконьерства. Охота с воздуха на занесенных в Красную книгу РФ животных запрещена 258 статье Уголовного кодекса. Если выживших в катастрофе признают виновными, им грозит от полугода до двух лет тюрьмы («За барана ответят?»).

«Время новостей» сообщает, что вертолет мог упасть после того, как слишком сильно снизился, пытаясь позволить охотникам стрелять по животным прямо с воздуха или подобрать уже убитых животных. В результате этого Ми-171 мог задеть хвостовым винтом склон горы. Издание также напоминает, что на архаров, туша одно из которых видна на фотографии с места катастрофы, охота запрещена с 1934 года. На данный момент в России их осталось всего 200 («На бреющем полете»).

Выжившие же показали, что причиной падения вертолета послужил отказ двигателя. По крайней мере, так заявил доставленный в Барнаул Анатолий Банных и точно также написал в объяснительной записке второй пилот Максим Колбин. Последний также указал, что в момент падения он находился в грузовом отсеке машины. Об этом пишет «Российская газета» в статье «О чем молчит Черная гора».

«Коммерсантъ» сообщает, что вчера представители Межгосударственного авиационного комитета (МАК) сообщили о предварительных результатах расшифровки бортовых самописцев разбившегося Ми-171. Расшифровка показала, что до столкновения вертолета с земной поверхностью двигатели вертолета были работоспособны. Также в ходе расследования выяснилось, что исправным оказался и не сработавший радиомаяк АРМ 406П, установленный на Ми-171, который при ударе должен был послать через спутник на пульт Центроспаса сигнал бедствия. Радиомаяк мог не сработать, если вертолет ударился о землю с малой высоты и по касательной. В таком случае его должны были вручную активировать члены экипажа. Непонятно, почему выживший пилот Максим Колбин этого не сделал. Спасатели, обнаружив вертолет, попробовали включить маяк, и он заработал. Своевременное включение маяка, впрочем, никого бы не спасло. Следствие установило, что почти две трети находившихся на воздушном судне людей погибли мгновенно от травм, полученных в результате удара вертолета о землю («VIP-охотников заподозрили в браконьерстве»).